Воронежцы 30 лет ухаживают за могилой неизвестного солдата

Антон и Антонина Головко приходят к захоронению солдата, погибшего при защите Воронежа, как на могилу родственника

Фото: Александр ЗИНЧЕНКО
Кто перезахоронил замученного фашистами советского парашютиста и установил на его могиле памятник, для всех так и осталось загадкой
0 211 09:21, 21.01.2014 № 1001 от 21.01.2014

К кладбищу села Меловатка Семилукского района мы шли около километра по заснеженным полям и холмам. Выпавший снег окончательно скрыл дорогу, и машина по ней проехать не смогла. За 84-летнего Антона Ивановича Головко было боязно — погода не располагала к долгим прогулкам. Но, оступаясь, он всегда игнорировал протянутую ему руку: «Ребята, да хватит вам, я ещё, можно сказать, пацан»…

Вот, наконец, доходим до расположенного на холме храма святителя Митрофана Воронежского. За ним и кладбище. Антон Иванович ведёт нас к самой крайней могиле. От соседних захоронений она на первый взгляд мало чем отличается — обычный металлический памятник с красной звездой, которые ставили на могилах участников Великой Отечественной войны. Вот только никакой таблички на памятнике нет. 

— Мы же не знаем, кто здесь похоронен, — говорит Антон Иванович и рассказывает историю, которую местные жители много лет пересказывают друг другу. К сожалению, свидетелей описанных событий уже нет в живых.

В январе 1943 года, по словам местных жителей, в район Меловатки, на оккупированную территорию, были заброшены два советских парашютиста. Приземлились они на бывшем колхозном поле. Один из солдат вроде бы спрятался в стоге сена, а второй отправился к ближайшему дому, в окнах которого горел свет. Как назло, именно в этом доме жил полицай — местный житель, сотрудничавший с фашистами. Конечно же, солдат был схвачен, и его запытали до смерти.

— Вот такую историю рассказали мне в 80-х наши соседи по даче, которые сейчас уже умерли, — вспоминает Антон Иванович. — Почему только в 

80-х? Дело в том, что сами мы не местные. В Воронеж переехали в 1981 году. До этого мы жили в Норильске и Братске — там я работал взрывником на рудниках и на строительстве Братской гидроэлектростанции. 

История эта не оставила Антона Ивановича равнодушным. Быть может, потому, что его военное детство тоже прошло на оккупированной территории — в Харьковской области. Пенсионер стал активно расспрашивать соседей, где похоронили убитого красноармейца и что случилось со вторым солдатом. Сведения о судьбе второго оказались расплывчатыми. Говорят, ему тоже не удалось убежать и его сожгли заживо вместе со стогом сена. А вот могила первого солдата, как оказалось, на местном кладбище. 

— Говорят, что убитый красноармеец пролежал на улице несколько дней, — рассказывает Антон Иванович. — Но потом местные жители всё же упросили немцев дать им его похоронить. Стояла зима, в селе остались в основном женщины. Поэтому они смогли донести тело лишь до рва (вокруг кладбища есть ров, был он и в те времена. — «Ё!») и там прикрыли его ветками и снегом. Но после войны кто-то перезахоронил солдата. Более того — поставил на могиле памятник. 

В администрации сельского поселения говорят, что не знают, кто же установил памятник с красной звездой. Не знают этого и Антон Иванович и его супруга Антонина Семёновна. Но вот уже почти 30 лет они следят за захоронением — подкрашивают памятник над могилой погибшего солдата, сажают цветы. Цветы сюда приносят и другие местные жители. В глубине души у них есть мечта, чтобы когда-нибудь в Меловатке появились поисковики, которых заинтересует эта история и которые попробовали бы установить личность погибшего красноармейца.

Роман ПРЫТКОВ
 
 
 
 
 
 
 
 
 
1